Версия для слабовидящих

"Спасти и «поставить» скелет на четыре ноги..."

Сегодня в рубрике "Палеонтологические истории" речь пойдёт о реставрации скелета трогонтериевого мамонта, найденного в 1964 г. в Кагальницком песчаном карьере. Необходимо учитывать, что в то время в Азовском музее не было своей палеонтологической лаборатории и специалиста-реставратора, который бы занялся консервацией и реставрацией костей. Директор музея, Чумакова Евдокия Петровна, очень энергичный и напористый руководитель, сразу же начала активную деятельность, направленную на поиски ученых палеонтологов, реставраторов. Уже в 1965 году она отправляет письмо в Зоологический Институт Академии Наук СССР, в котором сообщает о находке и раскопках скелета и просит Гарутт Вадима Евгеньевича, известного в научном мире палеонтолога-реставратора, приехать в Азов и оказать помощь в работе по реставрации костей «азовского слона». Узнав о находке скелета, Гарутт согласился руководить процессом консервации и реставрации костей, но «так сказать без отрыва от производства…». Таким образом, вопрос о реставрации был решен, но оставались проблемы по финансированию и транспортировке костей скелета в Ленинград.
Перед отправкой костей в Зоологический Институт АН СССР необходимо было их законсервировать. Зная о том, что сохранность костей очень плохая (кости рассыпались), а времени на длительные подготовительные работы не оставалось, сотрудники музея спешным порядком загипсовали кости в ящиках.
Понимая, какую научную ценность представляет находка целого скелета из Кагальницкого карьера, директор музея Чумакова Евдокия Петровна в первых числах января 1965 года обратилась с просьбой к председателю Ростовского облисполкома оказать помощь и содействие для перевозки и реставрации скелета. На реставрацию и изготовление недостающих конструкций администрация выделила шесть тысяч рублей.
Весной 1965 года, когда вопрос о получении денежных средств на транспортировку был решен, первые ящики с костями скелета «азовского» слона отправили в Ленинград на грузовом автомобиле. Контейнер с черепом был отправлен по железной дороге.
Погрузка контейнера с черепом трогонтериевого мамонта
В Институте знали о прибытии необычного азовского груза и ждали с нетерпением. К работе Гарутт Вадим Евгеньевич приступил сразу же после того, как ящики прибыли по назначению. По предварительному осмотру костей Вадим Евгеньевич предположил срок реставрационных работ - два-три года, о чем и сообщил директору музея. Но первые месяцы работы показали – реставрация затянется на более длительный период времени по причине очень плохой сохранности костей.
Первый год реставрацией костей, пропиткой черепа Гарутт Вадим Евгеньевич занимался самостоятельно. В 1966 году Азовский музей заключил договор с Комбинатом Жилищно-Оформительского Искусства города Ленинграда на срок проведения работ по реставрации костей скелета азовского слона. Работы, связанные с консервацией и реконструкцией костей скелета, выполняли скульпторы Хитров Иван Николаевич и Колокольчиков.
Работа над скелетом требовала больших усилий и денежных средств. Каждый раз по истечению срока договора директор музея обращалась в администрацию города с просьбой оказания помощи и финансирования реставрационных работ. А стоимость работ увеличивалась постоянно. В 1966 году она составляла шесть тысяч рублей, в 1969 году – шесть тысяч девятьсот пятьдесят девять рублей, а в 1973 сумма работ возросла до одиннадцати тысяч пятьсот рублей.
Работа по реставрации и консервации костей азовского слона для ленинградских специалистов стала основным и единственным заданием на протяжении нескольких лет. Самой большой сложностью оставалась сохранность подлинных костей. Ввиду того, что всю массу костей невозможно было зафиксировать до состояния твердости и прочности основы, скульпторы изготавливали кости заново, а затем вмонтировали натуральные части на поверхности костей. Одновременно с этой работой производилась реконструкция лопаток, стоп и таза скелета. Это был очень длительный и кропотливый процесс. Работа продвигалась очень медленно, несмотря на большой опыт этих известных специалистов. Работая над скелетом азовского слона, в одном из писем Вадим Евгеньевич пишет: «…будем надеяться, что и наш слон получится, хотя у меня еще не было столь ветхого и так сильно разрушенного скелета. Для меня дело чести – спасти эту находку и «поставить» скелет на четыре ноги в Вашем музее. Я верю, что это произойдет!»
Работа над реставрацией черепа проводилась параллельно с работой по консервации посткраниального скелета. Консервацией черепа занимался лично Гарутт, понимая всю серьезность положения. Ведь уникальность скелета трогонтериевого слона из Кагальницкого карьера заключается в наличии единственного в мире целого черепа. Такую редкую находку необходимо было сохранить полностью. В начале 1968 года Вадим Евгеньевич заканчивает подготовительные работы, череп к этому времени был очищен от породы. После этого начался процесс консервации и фиксации поверхности черепа. Заключительным этапом этой операции была установка черепа на металлическую основу – каркас, который бы удерживал вес черепа. В общей сложности на реставрацию черепа ушло десять лет.
Пока в Ленинграде специалисты занимались реставрацией и реконструкцией костей скелета, в Азове решался вопрос о предоставлении нового помещения, в котором будет размещаться скелет трогонтериевого слона. По требованиям высота помещения должна составлять не менее пяти метров. Гарутт еще на начальном этапе реставрационных работ в 1965 году предложил построить новое отдельное просторное помещение, в котором разместился бы скелет. Такой вариант он использовал в Тбилисском музее, где под его руководством производился монтаж скелета в отдельном стеклянном помещении во дворе музея. Но Азовский музей не располагал таким зданием и до середины семидесятых годов вопрос о строительстве помещения под скелет слона оставался открытым. Только когда музей переехал в большое красивое двухэтажное здание бывшей Городской Управы один из залов на первом этаже был выделен для скелета трогонтериевого слона.
Гарутт Вадим Евгеньевич, «патриарх советской палеонтологии», за работой по реставрации черепа азовского слона.
К концу 1970-х годов закончился этап по реконструкции трубчатых костей скелета. Продолжалась работа над реконструкцией стоп, ребер, позвоночного столба, хвостовых позвонков. К этому времени практически заканчивалась работа и по реставрации черепа слона. Велись подготовительные работы, связанные с транспортировкой черепа. Но возникли проблемы, связанные с перевозкой «уникального предмета». Узнав о ценности груза, Бюро междугородных перевозок отказало перевозить контейнер с черепом по железной дороге, объяснив свой отказ тем, что «не гарантирует его сохранность». Тогда Гарутт предложил директору Азовского музея другой вариант – отправить контейнер с черепом на грузовой машине, которая «возвращалась бы порожняком из Ленинграда». Грузовая машина должна быть с открытым кузовом или со снимаемым брезентом так, чтобы «открывалась возможность погрузки ящика с черепом подъемным краном».
В назначенный день подъемный кран, прибывший во двор Зоологического Института АН СССР, погрузил контейнер с черепом на грузовую машину, рядом погрузили еще два ящика с позвонками и ребрами скелета. Грузовик отправился в Азов, увозя единственный в мире целый отреставрированный череп трогонтериевого мамонта – результат многолетней работы известного ученого палеонтолога Гарутт Вадима Евгеньевича.
До 1982 года все отреставрированные кости скелета были перевезены в Азовский краеведческий музей.
Закончился этап реставрации и консервации костей азовского скелета. Начинался следующий этап – монтаж скелета в экспозиции Азовского музея.


Начало активности (дата): 08.07.2020
Количество показов: 1074

Возврат к списку

Поделиться:

Cайт использует файлы cookie. Если вы не против, просто продолжайте им пользоваться